Вы просматриваете: Главная > Без рубрики > Особенно ощутимым данное

Особенно ощутимым данное

Особенно ощутимым данное обстоятельство оказалось на Севере и в центральных провинциях, и не случайно больше половины имевших место в указанный период восстаний пришлось опять-таки на Юг империи. Не могли не дать о себе знать также усталость и апатия, охватившие общественные низы после столь долгих и неистовых хозяйственных, социальных, внутри- и внешнеполитических пертурбаций, а также тяжелых поражений и потерь на полях социальных битв шестого и ближайших за ним десятилетий VIII в.

Вместе с тем в повстанческой борьбе трудового люда Танского государства в конце VIII—начале IX в. обнаружились некоторые прежде неведомые либо совсем слабо проступавшие черты— свидетельства обновления и обогащения ее содержания.

Дело не в уже упоминавшемся в другой связи «бунте» 800 г. на казенном руднике в Хунъяй [51, цз. 153, с. 1851]. Дело также не в неоднократных социально заостренных акциях «невежественного простонародья», которое «вводили в заблуждение» даосы и буддисты -«еретики». Тем более, что такого рода события, пусть эпизодически, имели место и раньше, на предыдущем этапе, как, например, в Бэйчжоу (Пинхэ, пров. Хэбэй), где приверженцы тайной буддийской секты Милэцзяо («Учение о Май-трейе») «еретичеством вводили толпу в заблуждение, дабы учинить смуту» [23, цз. 149, с. 16592; 51, цз. 922, с. 10889; 354, с. 81-83].

Под 762 г. в первой танской нормативной истории фигурирует выступление даоса Чжан Аньцзюя (?—ок. 762 г.), который тоже «посредством ереси сеял смуту среди народа» [49, цз. 123, с. 14870]. Творил он свои «бесчинства» в горной местности Цин-чэншань (на юго-западе современного сычуаньского уезда Гуань-сянь)—той самой, что шестью столетиями раньше, еще в середине II в., когда глубокий кризис сотрясал Восточноханьскую империю, стала одним из главных очагов распространения даосской секты «Путь Небесных наставников» (Тянь ши дао), или «Путь истинного единства» (Чжэн и дао), или еще «Путь пяти доу риса» (У доу ми дао). Более того, Чжан Аньцзюй, может статься, и генеалогически сродни основателю этой секты Чжан Даолину (Чжан Лину, 34-156) [224, с. 306]. В свою очередь, и у Чжан Аньцзюя в том же и следующем столетии сыскались последователи— «мятежники», хотя и не однофамильцы.

Обсуждение закрыто.